| |

Поливанов О.И.

О бедном Адольфе замолвите слово.

 

Наверное, нет в истории человека, вызывавшего больше негативных эмоций чем Адольф Гитлер, кого олицетворили бы как дьявола во плоти, кто без всяких рассуждений признавался бы отрицательным гением. Есть так же апологеты ушедшего вождя, наследники его идей и методов, обожествляющие каждую мелочь, связанную с эпохой и его личностью. Материалы, для исследования включая видео архивы, литературное наследие, отзывы современников как никогда обширны и доступны. Для нас, жителей другого мира, воспитанных на традиционной и достаточно стереотипной пропаганде Гитлер был даже не личностью, а каким-то огромным танком, без человеческих черт. Мы видели детское ушко в уже слабых руках диктатора, принимавшего парад гитлерюгента, детского подразделения, готовившегося вступить в бой; Михаил Ром вдоволь насмеялся над ним, в своём многосерийном фильме. По его душе прошлись бронетехникой штампов, испахав всё личное, изобразив нелепый роман, с кинозвездой Евой Браун, трясущегося самоубийцу в эпопее «Освобождение». Но с возрастом появляется желание знать вещи такими, какими они были в действительности, а не угоду министерствам информации. Вышедший год назад на мировые экраны голливудский проект «Адольф Гитлер» проделал, по нашему мнению, микроскопический шаг вперёд в понимании психологической картины исторической личности. Но даже это желание понять с меньшими эмоциями, обрушило на фильм бурю негативной критики, требующей его запретить. Мы увидели всё ту же ненависть к деятелю, лишь чуть сдержанную и изощрённую. Возникает логичный вопрос: почему и кому выгодно до сих пор затруднять понимание; кому может он повредить? Ещё раз повторим: наша цель узнать психологическую картину, душевную сущность злого гения (пусть великого не в том, что достойно подражания), и объяснить себе его поступки в стройной логической последовательности. Мы не хотим быть ни его сторонниками, ни противниками; это очень неинтересно и неоригинально. Мы надеемся, что являемся достаточно самостоятельными в личностном плане, чтобы не занимать по отношению к Гитлеру личной позиции. Нам кажется, что до тех пор, пока нами владеют эмоции, понять «объективно» невозможно. Если же подходить к вопросу с известной позиции: победителей не судят, а судят проигравших, тогда зачем прикидываться справедливыми?

Возьмёмся за факты. Адольф Гитлер никогда не носил фамилию Шиклгрубер, его отец сменил эту фамилию за тринадцать лет до рождения сына. Оставшись в девятнадцать лет сиротой и перебравшись в Вену, жил в приютах для бездомных, перебиваясь случайными заработками. В первые годы войны записался добровольцем в германскую армию. Служил рядовым, затем ефрейтором, был дважды ранен, награждён Железным крестом II и I степени. Его часть многие месяцы находилась в гуще боевых действий, потери составляли более восьмидесяти процентов; в результате применения англичанами отравляющих газов он потерял зрение и был отправлен в глубокий тыл на излечение. Какое-то время он не знал, вернётся ли зрение, и как сложиться дальнейшая жизнь инвалида без всякой поддержки. Как видим, Гитлер не представляется тем трусливым и жалким существом, каким его рисуют пропаганды всех стран. В упомянутом фильме «Адольф Гитлер» есть даже сцена, где Адольф, выполнив опасное задание, выпрашивает себе награду. Соответствует ли исторической правде сцена, между ним, и его начальником, в отсутствии свидетелей? Мы слышали, как бойко описывали богатую подвигами и смертельными опасностями юность Черчилля. Не надо много ума, чтобы изобразить будущего английского премьер-министра, валяющегося в ногах у буров, в период его пленения и выпрашивающего пощады. Так же, не надо много ума, чтобы изобразить своего побеждённого противника полным ничтожеством; куда больше ума требуется для понимания что сильный, умный, героический побеждённый противник, это честь победителя.

Главное сильное место в уничижении Гитлера указывает на его застенчивость; на первых документальных лентах личного оператора Гитлера Ленни Риффеншталь мы видим смущённого общественным вниманием человека, стеснённого в действиях, преображающегося только на трибуне. Но разве смелость и застенчивость непременно исключают друг друга? Классики мировой литературы сплошь и рядом рисуют нам образы скромных и незаметных военнослужащих, робеющих в гостиных, бесстрашных перед картечью или в штыковой атаке. В кадрах той же Риффеншталь, «Олимпия», мы видим Гитлера на трибунах стадиона, болеющего за немецких спортсменов состязающихся на олимпиаде. Странен и непохож на себя, тиражированный исключительно кричащим у микрофона проклятия, исторический человек. Он кажется совсем простым, наивным, добродушным и смешным. Хлопает, забыв про то, как выглядит со стороны, переминается на стуле, вправо влево трясясь на ягодицах. Где величественность, где сознание внушения страха? Ничего такого нет и в помине.

Восхождение к вершинам власти Гитлер начал вступив в одну из многих формировавшихся тогда партий, численность, членов которой не превышала десяти. За короткое время в несколько лет (1919-1923), ему удалось, своим красноречием, сделать её основной силой на политической арене Баварии, и даже на короткий миг захватить власть. Его поддержал легендарный маршал Людендорф, главнокомандующий Вооружёнными Силами Германии в период первой мировой войны. После провала «пивного путча» он провёл девять месяцев в тюрьме; за время отсутствия лидера партия распалась, и ему пришлось практически начинать всё заново. Восстановив организацию, ему удалось завоевать доверие генералитета, а также установить контакты с промышленными магнатами. Когда парламентские выборы в 1930 и 1932 принесли нацистам серьёзный прирост числа депутатских мандатов, в правящих кругах страны стали всерьёз рассматривать НСДАП как возможного участника правительственных комбинаций. Была предпринята попытка, отстранить Гитлера от руководства партией и сделать ставку на Штрассера. Однако Гитлер быстро изолировал своего сподвижника и близкого друга и лишил его всякого влияния в партии. В конце концов, в германских верхах было принято решение предоставить Гитлеру главный административно-политический пост, окружив его опекунами, из традиционных консервативных партий. 31 января 1933 президент Гинденбург назначил Гитлера рейхсканцлером Германии. Уже в первые месяцы пребывания у власти он продемонстрировал, что не намерен считаться с ограничениями, от кого бы они ни исходили. Речи и автобиографическая книга «Моя борьба» свидетельствуют о необычайной одарённости, способности к усвоению и развитию умственного материала, о широчайшем кругозоре Адольфа Гитлера, тем более странном, что ни время, ни среда не благоприятствовали.

Деяния Гитлера известны, перечислены и осуждены на нюренбергском процессе. Спорить по этому поводу без толку; конечно, дела грязные, страшные, ужасные. Не справедливо другое, делать ответственным за них только Гитлера и его сподвижников. Специалисты по новейшей истории знают, какому унижению подверглась Германия после поражения в первой мировой войне, что часть территории была, в нарушении Версальского договора, фактически отторгнута Францией, что страна была вытолкнута из мировой экономики, подчинена, наподобие сырьевого придатка. Союзники сделали всё, для того, чтобы разбудить дух сопротивления в немцах, вдохновить на восстание. Нацизм и лично вождь, лишь выполняли запросы большинства; с приходом новой власти в стране появилась стабильность, достаток широких слоёв населения, уважение на международном уровне. И в первой и во второй мировой войне немцы хотели лишь того, чего хотели англичане, французы, русские-советские, и вообще все державы, они хотели власти над миром; или небольшого перераспределения этой власти, колоний в их пользу. Гитлер и немцы выглядят такими злодеями по тому, что не было судебных процессов над остальными. Англия, владевшая миром под прицелом пушек триста лет, посрамит нацизм количеством жертв несчастных аборигенов, индийцев, индейцев. Кому они нужны? Кто их считал? США уже с конца девятнадцатого века применяла аналогичную, но более усовершенствованную тактику по эксплуатации южной Америки национальными корпорациями. Франция, Россия, СССР, деяния этих держав известны и подстать фашизму. И первая и вторая мировые войны были за передел сфер влияния, а не за идеологические догмы. В фашизме, прежде всего, бросается в глаза концентрированное применение уже изобретённых до этого англичанами, и другими народами методов. У немцев не было «английских веков», им нужно было провести изменения либо быстро, либо вообще не браться. Стало общим местом сравнивать, ставить на одну доску фашизм и коммунизм, Гитлера и Сталина, дела рук их. Справедливо. Шаг вперёд. Но, давайте сделаем ещё один шаг, поставим на один уровень, осудим так же Черчилля и Рузвельта; не лучше они. Свидетельства преступлений их, и их народов просто скрываются от широкой публики, хотя всё больше фильмов и книг рассказывает нам об этом.

Почему всегда трудно говорить о преступлениях собственной страны? По тому, что победителей не судят? Ведь, если страна существует, значит, она не проиграла, значит, у своих граждан государственная система должна формировать комплекс собственной правоты, как нацистские вожди освобождали народ от химеры совести. По тому, что правду может сказать только равный по силе враг? Советские ветераны-офицеры, говорят, что на момент капитуляции, в Германии не было не одной не изнасилованной женщины; А. Солженицын приводит примеры преследований советских военнослужащих, осмеливавшихся критиковать идеологическую линию «смерть за смерть», «кровь за кров». Ни один писатель, ни один кинорежиссёр не нарисовали нам таких картин, словно их и не было. До тех пор, пока нам стыдно в этом признаться, до тех пор, пока есть табу на собственные преступления зло не будет наказано, злом будет смешное чучело, отводящее глаза.

К несчастию, мы становимся сейчас свидетелями следующего акта драмы; общественное мнение России, направляемое западными идеологами, смешивает с грязью собственную историю. Нашли, наконец, главных виновников Гитлера, Ленина, Сталина, коммунистов, а сами западные страны предстают в божественном свете. Политики, учёные, журналисты, обыватели наперегонки соревнуются в оплёвывании своей родины; кто за деньги, а кто по глупости. Признаем же, что политический деятель Адольф Гитлер был не подлее и не благороднее членов антигитлеровской коалиции, и вообще лидеров, на чью долю выпали большие события.

На главную

| |