| |

Крах КПРФ

В. Шапинов

 

В 1914 г. социал-демократические партии II Интернационала, за исключением только российских большевиков, поддержали "свои" правительства в начавшейся первой мировой войне. У всех партий нашлись "веские основания" сделать это. Германские социал-демократы заявляли, что их партия самая большая в Интернационале, основана самими Марксом и Энгельсом, и если Германия проиграет войну, то в лице своего самого мощного и организованного отряда проиграет весь рабочий класс Европы. Французские социалисты говорили, что политический режим во Франции более демократический, чем в Германии, поэтому если кайзеровская армия выиграет войну, то будут уничтожены демократические права французских рабочих и более благоприятная демократическая обстановка для взятия власти пролетариатом. Обе партии проголосовали за военные кредиты, одобрив таким образом империалистическую бойню, в ходе которой английские, французские, немецкие, русские рабочие и крестьяне стреляли друг в друга, травили друг друга газами, умирали от болезней в окопах и от голода в тылу.

В 1915 г. в журнале "Коммунист" за подписью "Н. Ленин" вышла статья "Крах II Интернационала". В чем состоял этот крах? Ведь партии II Интернационала продолжили свое существование, заседали в парламентах, принимали новых членов взамен погибших "fur Got, Kaiser und Faterland". И, казалось бы, не Ленину писать о крахе II Интернационала, а, наоборот, Каутскому о крахе большевиков: депутаты Государственной Думы - большевики отправились в Сибирь, легальная пресса разгромлена, большая часть членов ЦК в тюрьмах и ссылках или за границей, большевиков, выступивших за поражение собственного правительства, считают немецкими шпионами, внутри самой большевистской партии грызутся различные фракции.

Но под "крахом", писал Ленин, следует понимать не формальную сторону дела. Мировая война 1914 года показала европейским рабочим, что в их "партиях назрел какой-то отвратительный гнойный нарыв, и несется откуда-то нестерпимый трупный запах". Этот трупный запах был запахом соглашения верхушки социал-демократических партий со "своей" буржуазией, запахом предательства рабочих.

Слова Ленина полностью подтвердились практикой революционного кризиса 1917-23 гг., когда старые социал-демократические партии практически во всех странах помогали топить восстания рабочих в крови, объединяясь с самыми реакционными силами общества.

Причины краха КПРФ также состоят не в том, что ряд руководящих деятелей плюнули в лицо собственной партии, открыто не подчинившись решениям ЦК. И не в том, что их исключили из партии. Ведь не стала же слабее ВКП(б), когда в 1927 г. исключила лидеров оппозиции Троцкого, Зиновьева, Каменева. Наоборот, очистившись и укрепившись, партия стала сильнее, хотя эти лидеры и были очень авторитетными вождями и имели несомненные заслуги перед революцией. "Партия укрепляется тем, что очищает себя", - повторял Ленин слова Лассаля.

Крах состоит также и не в том, что против исключения "отступников" выступило довольно много членов ЦК. Против исключения Селезнева - 15 голосов (74 - "за", 6 - воздержались), против исключения Светланы Горячевой - уже 35 (64 - "за", 4 - воздержались), Губенко - 39 (56 - "за", 6 - воздержались). И даже не в том, что эти исключения, скорее всего, повлекут за собой раскол. Уйдут-то "предатели", "ренегаты", ведь так?

В чем же причины краха КПРФ? Что вызвало острый кризис в некогда дружном партийном коллективе?

Идеология - "равнение направо!"

Многие усматривают причины кризиса в КПРФ в том, что эта партия отказалась от марксизма-ленинизма, классовой борьбы, диктатуры пролетариата и других обязательных для коммунистической партии идеологических положений.

Однако это не так. КПРФ ни от чего не отказывалась. КПРФ изначально создавалась на некоммунистической идейной базе.

Еще до создания партии, в годы "перестройки", сегодняшние лидеры КПРФ открыто и честно отказались от марксизма и коммунизма. Вот, например, признание одного из основных идеологов КПРФ, секретаря ее Ленинградского комитета Юрия Белова, сделанное им в газете "Советская Россия" в 1990 г.: "...рынок, это суровая необходимость, и альтернативы ему нет". Сам Г.А. Зюганов в те годы ходил по всевозможным национал-патриотическим форумам и неоднократно заявлял, что под коммунистические знамена народ уже не собрать.

Не отказался Зюганов от своих взглядов и позже, уже став лидером Коммунистической партии Российской Федерации. Вот, например, характерный фрагмент одной из многочисленных зюгановских книг. В этом отрывке как в капле воды отражена вся суть идеологии КПРФ: "Воссоединив "красный" идеал социальной справедливости, являющийся в своем роде земной ипостасью небесной истины, гласящей, что "пред Богом все равны", и "белый" идеал национально осмысленной государственности, воспринимаемый как форма существования многовековых народных святынь, Россия обретет наконец вожделенное общественное, межсословное, межклассовое согласие и державную мощь..." Зарубежные коммунисты, не очень разбирающиеся в российской политике, узнав, что Зюганов принял крещение, долго не могли в это поверить. Однако сам Геннадий Андреевич признает существование "небесной истины", да еще и провозглашает материалистический и атеистический "красный" идеал ее "земной ипостасью". При этом идея равенства "пред богом" объявляется тождественной коммунистическому идеалу, хотя на деле является всего лишь переводом на религиозный язык буржуазной идеи формального равенства перед законом при сохранении реального экономического неравенства.

Но основной тезис приведенной выше цитаты состоит в "воссоединении" "красного" и "белого". Слово "воссоединение", однако, здесь абсолютно не подходит, так как "красное" и "белое", то есть коммунистическое и буржуазно-феодальное, никогда вместе не были, а находились в непримиримой борьбе. Идея "воссоединения" "красного" и "белого" показалась бы одинаково абсурдной как Ленину, так и Корнилову. Материальные интересы "низов" и "верхов" капиталистического общества противоположны и поэтому непримиримы - "верхи" заинтересованы в сохранении эксплуатации, частной собственности, а значит, и неизбежно порождаемой ею бедности, безграмотности, духовной убогости; "низы" же заинтересованы в уничтожении всего этого. Как установить в таком случае "вожделенное общественное, межсословное, межклассовое согласие"? Только если один из классов откажется от своих коренных интересов, согласится подчиниться другому классу.

В интересах чужого класса

"...Главное противоречие переживаемого исторического момента - это противоречие между антисоциальными, антигосударственными силами, опирающимися на компрадорский капитал и проводящими политику разрушения России, и государственно-патриотическими силами, союз которых только еще оформляется", - пишет Зюганов. Вряд ли кто-то станет спорить, что основной государственно-патриотической силой является "национальная" фракция буржуазии. Это та часть буржуазии, которая занимается в основном производством на внутренний рынок и заинтересована в устранении западной конкуренции. До второй половины 90-х гг. эта часть буржуазии была резко оппозиционно настроена по отношению к курсу Ельцина - прямого ставленника компрадорского и иностранного капитала.

Слова Зюганова о "государственном патриотизме", "державности", "национально осмысленной государственности" и т.п. очень соответствовали интересам национальной буржуазии, а "коммунистическая" риторика, изредка вкрапляемая лидером КПРФ в свои статьи и выступления, не очень сильно отпугивала нацкапиталистов, выходцев из "красных директоров". Они-то знали еще по горбачевским временам, что под красным флагом можно проводить разную политику...

В середине 90-х КПРФ превратилась в крупнейшую партию национальной буржуазии. Но "национально-ориентированный" капитал в тот период не обладал еще достаточной силой, чтобы играть на равных с транснациональными гигантами и отечественными компрадорами даже в России, на своем поле. Ему нужен был сильный союзник для того, чтобы поддержать его в борьбе с "антигосударственными, антисоциальными силами компрадорского капитала". Таким союзником могли быть народные массы, плебс. На определенном этапе такой союз был неизбежен: разрушительные силы контрреволюции были так велики, что буржуа, работавший на внутренний рынок, желавший помещать часть прибыли в развитие своего производства, объективным ходом контрреволюции был вытолкнут в оппозицию ельцинскому режиму.

В 1996 г. "коммунист" Зюганов уже не стеснялся высказываться даже в защиту крупного капитала: "Мы спасем частную квартиру от грабителя, а частную лавку от рэкетира. Мы защитим русский коммерческий банк от иноземного "Чейз Манхеттена" или "Баварского банка". Довольно крупные объединения капиталистов помогали КПРФ финансово. В числе спонсоров партии можно назвать "Тверьуниверсалбанк", "Росбанк", нефтяной концерн "Гермес", "Ялосбанк", "Империал банк", "Кредо-банк", "Мосбизнесбанк", "Инкомбанк". Владельцы этих банков - крупные капиталисты - знали, кому и на что дают деньги. На пролетарскую революцию и социализм буржуазия денег не даст, а вот на национал-государственный проект Зюганова дала.

КПРФ на выборах в Госдуму в 1995 г. отвергла идею единого коммунистического блока, которую выдвигала РКРП. Богатые спонсоры, которых появление в выборных списках КПРФ последовательных коммунистов ("экстремистов") могло сильно удивить и расстроить, оказались важнее для партии Зюганова, чем блок с другими компартиями.

Работа КПРФ в Госдуме еще больше укрепила доверие к этой партии со стороны капиталистов. КПРФ поддержала разработанный членом собственного ЦК В. Зоркальцевым закон "О праве граждан на объединение", запрещающий "создание объединений граждан, имеющих целью или методами действий разжигание социальной ненависти и вражды", а также новый Уголовный кодекс, по которому большие сроки предполагаются за "массовые беспорядки", "призывы к насильственному захвату власти". Ленин по этому УК получил бы максимальный срок, а может, и "вышку".

Спасательный круг для буржуазии

В 1996-97 гг. в России поднялась волна рабочего движения, которое вылилось в ряде регионов в настоящую рельсовую войну. К 1998 г. правительство уже слабо владело ситуацией. Окончательно спившийся Ельцин смотрелся полностью неадекватно, власть качалась. Мой хороший товарищ, член РКРП, в те дни организовывал захват рабочими заводоуправления московского мясокомбината "Микомс". Он любит вспоминать, что тогда работники милиции стояли в сторонке и смотрели, даже не пытаясь воспрепятствовать незаконному с точки зрения буржуазного законодательства действу. Менты боялись, они не знали, что будет дальше, - вдруг придется ответить за насилие в отношении рабочих? Этот эпизод показывает, насколько глубоким был кризис власти.

Как же вела себя крупнейшая оппозиционная партия во время формирования революционной ситуации?

"Не приведи Бог видеть русский бунт - бессмысленный и беспощадный" - хорошо бы нам всем крепко запомнить это", - поучает Зюганов. На этом тезисе и строилась вся политика КПРФ во время политического кризиса. Самым радикальным требованием зюгановцев, уже сросшихся с думскими креслами, обросших связями в мире бизнеса, сколотивших капитал, причем отнюдь не политический, в тот период было формирование правительства "народного доверия", в которое, наряду с министрами-капиталистами, были бы включены представители КПРФ. КПРФ предлагала компрадорской ельцинской "семье" ценой уступок национальному капиталу, включения его представителей в правительство, канализировать "русский бунт" в безопасное реформистское русло. КПРФ, как самая крупная и самая известная оппозиционная организация, еще не до конца растерявшая доверие масс, спокойно могла выполнить такой трюк.

Стоит отметить, что именно в этот период Г. Зюганов чаще всего "светился" на телеэкране. "Лидер российских коммунистов" - как что-то само собой разумеющееся сообщала при появлении Зюганова очередная телеголова. Даже на таком "олигарховском" телеканале как НТВ, освещались все заявления и пресс-конференции Зюганова.

В августе 1998 г. руками правительства Кириенко режим провел девальвацию рубля - известный дефолт. Правительство принялось печатать деньги и погашать ими гигантские задолженности по зарплатам. Но политические дивиденды от такой "стабилизации" достались уже не отправленному в отставку Кириенко, а... правительству "народного доверия" Примакова и члена ЦК КПРФ Маслюкова. Так состоялось классовое предательство - на волне рабочих протестов КПРФ была допущена во власть.

Волна забастовок зимой 1998-99 гг. достигла своего пика: тогда было зарегистрировано рекордное число забастовок, даже по официальной статистике - 5305. Потом волна рабочего протеста пошла на спад. Экономически обеспечить подавление рабочего движения удалось при помощи дефолта, который дал возможность выплатить часть долгов по зарплате. Ликвидация же политического кризиса - всецело "заслуга" КПРФ, которая, во-первых, помогла закреплению мифа о том, что дефолт августа 1998 г. был не спланированной акцией, а результатом "некомпетентности" правительства Кириенко, а во-вторых, открыто поддержав правительство, помогла ликвидировать противоречия внутри правящего класса и укрепить позиции власти.

Империализм и народные патриоты

В конце 90-х гг. в структуре российской буржуазии произошли значительные изменения. Во-первых, национальный капитал, пребывавший ранее в маргинальном состоянии, к этому времени значительно вырос. Во-вторых, крупные нефтяные, газовые и т.п. компании начали диверсификацию и стали помещать капиталы в отрасли, работающие на внутренний рынок. Начал формироваться российский империализм.

Финансовый капитал отвоевал внутренний рынок у иностранной буржуазии и начал экспорт капитала в страны СНГ.

Выборы Путина в 2000 г. стали политическим закреплением нового соотношения сил внутри правящего класса. Отчетливая патриотическая риторика была не просто предвыборной демагогией - российский капитал окреп настолько, что востребовал патриотизм и национализм.

КПРФ на выборах 2000 г. отвергла предложение РКРП призвать трудящихся бойкотировать "выборы президента Путина" и обеспечила таким образом нужную явку избирателей и легитимацию престолонаследия Ельцин-Путин уже в первом туре "выборов".

Однако формирование монополистического капитала в России привело к тому, что социальная база КПРФ - "национально ориентированные предприниматели", противостоящие "антигосударственному компрадорскому капиталу", исчезли. Они в значительной мере срослись с компрадорским капиталом, и противостояние национальных капиталистов и компрадоров стало гораздо менее острым. Весь правящий класс, вся буржуазия консолидировалась вокруг Путина.

В тот период было смешно смотреть на лидеров КПРФ, которые повторяли, что "власть украла лозунги оппозиции". Что это за лозунги такие резиновые, что и власти подходят, и "непримиримой оппозиции"? Но зюгановцы повозмущались-повозмущались, да и успокоились - с этого момента КПРФ стала уже неотъемлемой частью новой системы власти. Именно поэтому в официальных документах партии с того времени и до сих пор критиковалась "политика правительства Касьянова", "программа Грефа" и т.п., но ни разу Путин. Президент, как глава всего класса капиталистов, оказался вне критики.

Причины краха

Путинским "Единством" КПРФ была включена в проправительственную коалицию по разделу думских комитетов. Однако довольно быстро представители КПРФ были бесцеремонно из них выкинуты, остались лишь самые "стойкие". Почему это произошло? Ведь такая резкая перемена на политическом Олимпе может быть только результатом изменения соотношения на классовых фронтах. Почему во второй Госдуме никто не мог и помыслить о подобном поведении по отношению к КПРФ, а сегодня членов этой партии запросто выкинули из думских комитетов?

Все дело именно в рассасывании классовой базы КПРФ. "Патриотические" бизнесмены - самые ценные избиратели партии - нашли вполне адекватного выразителя своих интересов в Путине. Им не нужен уже абстрактный оппозиционный антиамериканизм КПРФ - они хотят договориться с Западом, мочить вместе с Бушем террористов. Им не нужен уже лубочный зюгановский державный патриотизм - им нужен скинхедовский патриотизм "Брата-2". Да и "коммунистическая" фраза, ностальгия по брежневскому вчера, которая годилась национальной буржуазии, когда она выступала в качестве фронды ельцинско-гайдаровсому западническому курсу, сегодня становится слишком двусмысленной. Должен остаться один патриотизм - путинский.

Народные массы также отвернулись от КПРФ. Сегодня в ней уже не видят альтернативы курсу режима. КПРФ настолько прочно вросла во власть, что в массовом сознании слилась с властью. У КПРФ нет мощной опоры в профсоюзах. Устойчивая поддержка партии имеется только в ветеранском движении и среди пенсионеров, но эти социальные группы не могут оказывать серьезного влияния на политику иначе, чем через выборы.

Круги правительственной бюрократии почуяли, что классовая база КПРФ размывается, что серьезной общественной поддержки у партии уже нет. Никакие серьезные общественные силы не возмутятся отстранению КПРФ от власти.

Так и случилось. Мрачный Зюганов, бродящий как призрак по Государственной Думе, уже превратился в объект для насмешек со стороны коллег-депутатов. Ему плюнула в лицо не только власть, для укрепления которой он так много сделал, но и бывшие товарищи по партии, для которых реальные думские комитеты и комиссии, а также соответствующие лоббистские "вознаграждения", оказались дороже партийного единства.

Предатели?

Сейчас в КПРФ, особенно в московской организации партии, активно критикуется "предательство" Селезнева. Рядовые коммунисты горячо поддержали "очищение рядов партии от ренегатов". Подумать только! Нарушил решение партии, не ушел с поста, да еще и сказал, что интересы России для него важнее интересов партии!

Однако на самом деле Селезнев, Губенко, Горячева - это те, кто остался верен курсу КПРФ, проводившемуся долгие годы под руководством председателя ЦК Геннадия Зюганова.

Основным тезисом КПРФ на протяжении всего времени ее существования был тезис о "врастании во власть". И, хотя это полностью противоречит марксистско-ленинской теории, такое понимание политической тактики не встречало серьезного противодействия со стороны партийных масс. Тихое и спокойное улучшение жизни при помощи опускания избирательных бюллетеней в урну - этот мещанский политический идеал как нельзя лучше соответствовал настроениям рядовых "коммунистов". В 1999 г. Зюганов кичился своими успехами в деле "врастания во власть": "Посмотрите, каким мощным губернаторским корпусом обладает патриотическое движение. Н. Виноградов во Владимире, А. Суриков на Алтае, В. Стародубцев в Туле, В. Тихонов в Иванове, А. Ткачев в Краснодарском крае, Ю. Лодкин в Брянске, Н. Максюта в Волгограде, П. Сумин в Челябинске..." Г.Н. Селезнев также добился больших успехов в претворении курса партии в жизнь. И тут вдруг следует команда "Назад!", "Сдать завоеванные позиции!". Как понять Зюганова? Если он отказался от "генеральной линии" на "врастание", то надо отозвать и всех губернаторов-членов КПРФ. А если курс остается прежним, то зачем уходить из оставшихся комитетов и с поста спикера? И как понять заявления Зюганова, что коммунист не может возглавлять принимающую антинародные законы Думу? Почему раньше мог, а теперь вдруг не может? Или новый Трудовой кодекс не был антирабочим? Или Земельный кодекс не был антинародным? А может, все эти реакционные законы облагораживало присутствие на постах глав комитетов депутатов-"коммунистов"?

"Заслушав информации товарищей Г.А. Зюганова и Г.Н. Селезнева, Центральный Комитет КПРФ отмечает, что Государственная Дума из представительного законодательного органа власти, который должен отражать интересы большинства населения страны, превратилась в структуру, управляемую кремлевской администрацией, в еще одну ширму для проведения антинародного социально-экономического курса. Коммунисты и их сторонники оказались в этой Думе в меньшинстве", - говорится в постановлении Пленума ЦК КПРФ от 10 апреля. Опять не сходятся концы с концами. Мало того что буржуазный парламент, куда попадают денежные тузы и главы криминально-бюрократических кланов, где голоса продаются и покупаются, оказывается, может "отражать интересы большинства населения страны". Из постановления следует, что он таки отражал волю большинства, то есть трудящихся. Самое интересное - узнать, когда же все-таки Госдума выражала интересы большинства? Когда голосовала за "бюджеты геноцида" (выражение самого Зюганова), или когда отклонила импичмент Ельцину, рейтинг поддержки которого составлял 1,5%?

В общем, сплошные загадки, нестыковки и натяжки. Пока Зюганову удается водить за нос партийцев, но сам он уже чувствует, что на одной софистике и апелляциях к "партийным чувствам" далеко не уедешь. Поэтому и мрачен Зюганов...

Реален ли раскол?

Зюганов понимает, что раны уже не срастутся. Селезнев, Горячева, Губенко, когда они шли на разрыв с КПРФ, наверняка уже имели конкретные варианты продолжения политической карьеры. Селезнев - не Рыбкин, он имеет солидную поддержку в ряде организаций КПРФ. Реальность раскола становится все более и более очевидной.

Режим давно беспокоила ситуация, когда за одно только коммунистическое название КПРФ получает на выборах стабильные 20% голосов. Но пока за КПРФ стояли серьезные бизнес круги, ничего с этим поделать было нельзя. Теперь же КПРФ, скорее всего, банальным образом расколют. Основная цель - раздробить КПРФный электорат между несколькими партиями. Коммунистов-радикалов в Думу, конечно, не допустят, а вот структуры типа селезневской "России" или "Партии труда" в этом деле могут сыграть неплохую службу.

Могут возразить, что "закат" КПРФ - вещь малореальная. Одни приведут аргументы, что пенсионеры все равно будут за Зюганова голосовать, другие - что режиму нужна псевдокоммунистическая партия. Но псевдокоммунистических партий может быть несколько, а пенсионеры, как показывает пример Украины, вполне могут начать голосовать за "партию власти", если та, например, припудрится патриотической риторикой.

Характерен в этом смысле пример партии "Яблоко", которая в середине 90-х была крупной политической силой, а сегодня не появляется даже на телеэкране. Эта партия компрадорского капитала потеряла поддержку после того, как чисто компрадорский капитал в России практически исчез - он стал "патриотическим". Те, кто не захотел стать патриотами, вроде Гусинского и Березовского, оказались не у дел. Сегодня "Яблоко" представляет из себя поистине жалкое зрелище.

Повторит ли Зюганов судьбу Явлинского, сегодня сказать трудно. Нет таких приборов и датчиков, которые могли бы точно показать все расклады внутри правящего класса. "Большая" политика в буржуазном обществе остается привилегией небольшого числа людей, поэтому мы вынуждены домысливать, достраивать логически то, что нам неизвестно. Наши прогнозы в этих вопросах могут оказаться не совсем точными. Однако крах КПРФ уже подготовлен ростом российского капитализма, вступившего в монополистическую стадию своего развития.

Падающего - подтолкни

Последовательным коммунистам в этой ситуации следует усиливать критику КПРФ по всем направлениям. Складывается положение, при котором революционные марксисты могут вернуть себе "бренд", приватизированный зюгановцами.

Рядовым членам КПРФ следует разъяснять, что к сегодняшнему краху партии вела долгая дорога соглашательской, некоммунистической политики. С самого своего создания в феврале 1993 г. КПРФ ни разу не показала себя не только как коммунистическая организация, но и даже как просто последовательная, смелая политическая партия. Известно позорное поведение Зюганова в октябре 1993 г.: когда вся оппозиция встала на защиту Конституции и Верховного Совета, Геннадий Андреевич выступил по телевидению, и призвал защитников Дома Советов расходиться...

Может быть, потом он признал ошибку, раскаялся? Как бы не так. Наоборот, он стал подводить идеологическое обоснование под свои действия и даже договорился до того, что в расстреле парламента Ельциным были "положительные моменты":

"Кроме того, вместе с "партией Верховного Совета" оказались сметёнными и некоторые экстремистские организации, примкнувшие к ней в ходе силового противостояния и сыгравшие заведомо провокационную роль в развязывании "мятежа". Этот факт можно причислить к некоторым положительным итогам событий, особенно если учесть, сколько крови попортили патриотическому движению "крайне левые" и "крайне правые", мешая объединению здоровых сил, дискредитируя движение в целом, нагнетая истерию, давая "демократам" повод для самых грязных и разнузданных обвинений в адрес патриотов".

Вот так-то! Надо, оказывается, сказать "спасибо" Ельцину за то, что он танками расчистил от "крайне левых" (РКРП - тогда крупнейшая компартия) дорогу Зюганову!

А дорога действительно была расчищена. В декабре 1993 г. КПРФ приняла участие в "выборах на крови", стала единственной оппозиционной организацией, которая не поддержала бойкот этого ельцинского спектакля. Призыв Зюганова пойти на референдум по принятию новой, написанной под Ельцина, Конституции позволил обеспечить необходимый кворум и "узаконить" государственный переворот. Затем Зюганов оправдывался тем, что, мол, призыв бойкотировать референдум был бы призывом к пассивности! Начав с предательства в 1993 г., КПРФ к настоящему моменту пришла к полному срастанию с властью. Отличия "красных" губернаторов от "белых" уже вряд ли смогут найти даже журналисты сверхлояльной к Зюганову "Советской России".

Чем, например, "красный" губернатор Стародубцев, чья милиция избивала ясногорских рабочих, лучше "белого" Титова? Тем, что в кресло губернатора его посадили "красные", а не "белые" буржуа?

Нет, это как раз тот случай, когда "не важно какого цвета кошка, важно как она ловит мышей" для буржуазии.

"Коммунист" Маслюков возглавлял комитет по промышленности, строительству и наукоёмким технологиям. Каковы результаты? Наука и промышленность продолжают разваливаться. Строятся только шикарные дворцы и двухуровневые квартиры для буржуазии.

Что сделал для простого народа Глазьев на посту главы комитета по экономической политике и предпринимательству? Снизил налоги на сверхбогатых "в интересах трудящихся"?

Что дала рабочему классу работа члена КПРФ Лукьянова в комитете по государственному строительству? Усиление "властной вертикали"?

Комитет по труду и социальной политике под руководством члена КПРФ Сайкина сделал все, чтобы провести реакционный вариант Трудового кодекса. Автор статьи лично присутствовал на слушаниях, где рассматривались различные проекты ТК. Валерий Сайкин уверенно доказывал, что кодекс, разработанный Рабочей академией и внесенный депутатом О. Шеиным, конечно, хороший, он лучше других, "как социализм лучше капитализма", но у нас не социализм, поэтому зачем рассматривать такие "утопические проекты". Самое забавное, что под конец, когда уже было ясно, что правительству удастся протащить реакционный вариант кодекса, КПРФ таки поддержала проект Рабочей академии, но "дорого яичко ко христову дню"...

Кризис политики КПРФ налицо, и режим понимает, что сросшаяся с ним "розовая" оппозиция в случае революционного кризиса уже не сможет сыграть роль громоотвода, как это было в 1997-98 гг. КПРФ уже не нужна. "Мавр сделал свое дело, мавр может уходить".

Как уже писал "Коммунисту", речь сегодня идет скорее не о том, что будет с КПРФ, а о том, как поделят наследство КПРФ. И здесь революционным коммунистам предоставляется уникальный шанс показать действительно революционную альтернативу зюгановскому курсу: именно сейчас разброд и шатания в КПРФ совпали с наступлением на права трудящихся и ухудшением уровня жизни.

С худшей стороны показал себя в этой ситуации Анпилов. Вместо усиления критики КПРФ он предложил Зюганову союз. Сразу после того как противоречия в стане КПРФ выплеснулись наружу, состоялась встреча Анпилова с Зюгановым. Виктор Иванович оценил события в парламенте негативно, как "дестабилизацию работы Государственной Думы" (ему, наверное, больше по душе стабилизация...), и предложил Зюганову сформировать "широкий народный фронт "Победа", куда были бы включены все действующие компартии". Фактически это означает, что Анпилов предложил Зюганову свои услуги в деле преодоления кризиса в КПРФ, предложил помочь Зюганову изобразить из себя объединителя коммунистического движения. Хочется пожелать Виктору Ивановичу побольше принципиальности. Объединить комдвижение вокруг КПРФ сейчас означает лишить Россию революционной альтернативы капитализму. Ведь как пишет Зюганов: "Нуждается в уточнении и корректировке многое в марксистской доктрине, в т.ч. даже учение о безвозмездно отчуждаемой капиталистами прибавочной стоимости, об абсолютном и относительном обнищании рабочего класса, теория пролетарской революции с ее выводом о диктатуре пролетариата (курсив мой - В.Ш.)". Юрий Белов пишет еще проще: "...рынок, это суровая необходимость, и альтернативы ему нет".

 На главную

| |